Неточные совпадения
— А
копить нельзя? На черный
день откладывать? — спросил он, вдруг останавливаясь перед ней.
Не дали даже и стрельбы произвести; пошло
дело на мечи да на
копья.
Ко всей деятельности, ко всей жизни Штольца прирастала с каждым
днем еще чужая деятельность и жизнь: обстановив Ольгу цветами, обложив книгами, нотами и альбомами, Штольц успокоивался, полагая, что надолго наполнил досуги своей приятельницы, и шел работать или ехал осматривать какие-нибудь
копи, какое-нибудь образцовое имение, шел в круг людей, знакомиться, сталкиваться с новыми или замечательными лицами; потом возвращался к ней утомленный, сесть около ее рояля и отдохнуть под звуки ее голоса.
Только что приехав в Подольск, Самгин пил чай в номере плохонькой гостиницы, просматривая
копии следственного производства по
делу о поджоге.
«Самгин смотрит на улицу с чердака и ждет своего
дня,
копит силы, а дождется, выйдет на свет — тут все мы и ахнем!» Только они говорят, что ты очень самолюбив и скрытен.
— Вы, Нифонт Иванович, ветхозаветный человек. А молодежь, разночинцы эти… не дремлют! У меня письмоводитель в шестом году наблудил что-то, арестовали. Парень — дельный и неглуп, готовился в университет. Ну, я его вызволил. А он, ежа ему за пазуху, сукину сыну, снял у меня
копию с одного документа да и продал ее заинтересованному лицу. Семь тысяч гонорара потерял я на этом
деле. А дело-то было — беспроигрышное.
Уж с утра до вечера и снова —
С вечера до самого утра —
Бьется войско князя удалого,
И растет кровавых тел гора.
День и ночь над полем незнакомым
Стрелы половецкие свистят,
Сабли ударяют по шеломам,
Копья харалужные трещат.
Мертвыми усеяно костями,
Далеко от крови почернев,
Задымилось поле под ногами,
И взошел великими скорбями
На Руси кровавый тот посев.
На рассвете, в пятницу, в туманах,
Стрелами по полю полетев,
Смяло войско половцев поганых
И умчало половецких
дев.
Захватили золота без счета,
Груду аксамитов и шелков,
Вымостили топкие болота
Епанчами красными врагов.
А червленый стяг с хоругвью белой,
Чёлку и
копье из серебра
Взял в награду Святославич смелый,
Не желая прочего добра.
Когда подписан был протокол, Николай Парфенович торжественно обратился к обвиняемому и прочел ему «Постановление», гласившее, что такого-то года и такого-то
дня, там-то, судебный следователь такого-то окружного суда, допросив такого-то (то есть Митю) в качестве обвиняемого в том-то и в том-то (все вины были тщательно прописаны) и принимая во внимание, что обвиняемый, не признавая себя виновным во взводимых на него преступлениях, ничего в оправдание свое не представил, а между тем свидетели (такие-то) и обстоятельства (такие-то) его вполне уличают, руководствуясь такими-то и такими-то статьями «Уложения о наказаниях» и т. д., постановил: для пресечения такому-то (Мите) способов уклониться от следствия и суда, заключить его в такой-то тюремный замок, о чем обвиняемому объявить, а
копию сего постановления товарищу прокурора сообщить и т. д., и т. д.
Мне удалось посодействовать разрешению
дела там, и вот посылаю тебе
копию с помилования по адресу, который дала мне графиня Екатерина Ивановна.
— Ах! — вскрикнула Вера Павловна: — я не то сказала, зачем? — Да, вы сказали только, что согласны слушать меня. Но уже все равно. Надобно же было когда-нибудь сжечь. — Говоря эти слова, Рахметов сел. — И притом осталась
копия с записки. Теперь, Вера Павловна, я вам выражу свое мнение о
деле. Я начну с вас. Вы уезжаете. Почему?
На эти деньги можно было очень сытно прожить
день, но Вяхиря била мать, если он не приносил ей на шкалик или на косушку водки; Кострома
копил деньги, мечтая завести голубиную охоту; мать Чурки была больна, он старался заработать как можно больше; Хаби тоже
копил деньги, собираясь ехать в город, где он родился и откуда его вывез дядя, вскоре по приезде в Нижний утонувший. Хаби забыл, как называется город, помнил только, что он стоит на Каме, близко от Волги.
Привалов не верил своим ушам, но, прочитав
копию половодовского отчета, должен был убедиться в печальной истине. Можно было только удивляться безумной смелости, с какой Половодов запустил свою лапу в чужое добро. Теперь Привалов и сам верил, что
дни Половодова окончательно сочтены; оставалось только воспользоваться этими обстоятельствами.
— Женится — переменится, — молвил Патап Максимыч. — А он уж и теперь совсем переменился. Нельзя узнать супротив прошлого года, как мы в Комарове с ним пировали. Тогда у него в самом
деле только проказы да озорство на уме были, а теперь парень совсем выровнялся… А чтоб он женины деньги нá ветер пустил, этому я в жизнь не поверю. Сколько за ним ни примечал, видится, что из него выйдет добрый, хороший хозяин, и не то чтоб сорить денежками, а станет беречь да
копить их.
— Помните, бабы, как он Настасье Чуркиной этак же судьбу пророчил? — бойко, развязно заговорила и резким голосом покрыла общий говор юркая молодая бабенка из таких, каких по деревням зовут «урви, да отдай». — Этак же спросили у него про ее судьбину, а Настасья в те поры была уж просватана, блаженный тогда как хватит ее братишку по загорбку… Теперь брат-от у ней вон какой стал, торгует да деньгу
копит, а Настасьюшку муж каждый Божий
день бьет да колотит.
— И насчет капитала они скрывают. Только и посейчас все еще
копят. Нет-нет да и свезут в Совет. Скупы они очень сделались.
День ото
дня скупее. Сказывал намеднись Григорья Павлыча лакей, будто около миллиона денег найдется.
— Не могу верно тебе доложить, — отвечала София, — а вечор мать Виринея говорила, что на Сырную неделю масла будет достаточно, с завтрашнего
дня хотела творог да сметану
копить.
— Нет, Марья Гавриловна, не требуется, — отвечал Патап Максимыч. — Признаться, думаю сократить дела-то… И стар становлюсь, и утехи моей не стало… Параше с Груней после меня довольно останется… Будет чем отца помянуть… Зачем больше
копить?.. Один тлен, суета!..
Трудно было тоже поверить, чтоб она так и бросилась к неизвестному ей Ламберту по первому зову; но опять и это могло почему-нибудь так случиться, например, увидя
копию и удостоверившись, что у них в самом
деле письмо ее, а тогда — все та же беда!
Объясню заранее: отослав вчера такое письмо к Катерине Николаевне и действительно (один только Бог знает зачем) послав
копию с него барону Бьорингу, он, естественно, сегодня же, в течение
дня, должен был ожидать и известных «последствий» своего поступка, а потому и принял своего рода меры: с утра еще он перевел маму и Лизу (которая, как я узнал потом, воротившись еще утром, расхворалась и лежала в постели) наверх, «в гроб», а комнаты, и особенно наша «гостиная», были усиленно прибраны и выметены.
Что она, Альфонсинка, боится беды, потому что сама участвовала, a cette dame, la generale, непременно приедет, «сейчас, сейчас», потому что они послали ей с письма
копию, и та тотчас увидит, что у них в самом
деле есть это письмо, и поедет к ним, а написал ей письмо один Ламберт, а про Версилова она не знает; а Ламберт рекомендовался как приехавший из Москвы, от одной московской дамы, une dame de Moscou (NB. Марья Ивановна!).
Михайлушке поручено было немедленно выхлопотать
копию с решения
дела, потому что прошение в сенат должен был сочинить поверенный Пантелей Григорьич в Багрове.
На другой же
день переводчица явилась, уговорилась в цене и принялась за работу: в неделю перевод был окончен, и даже с французского подлинника была снята
копия.
Тулузов, получив от знакомого гимназического чиновничка с этого донесения
копию и видя, как оно веско было написано и сколь много клонилось в его пользу, счел преждевременным ехать в Петербург и отправился обратно в Синьково, которого достигнул на другой
день вечером.
— Об этом-с в нашей губернии, — принялся выпечатывать Егор Егорыч, — началось
дело, и у меня в руках все
копии с этого
дела; только я не знаю, к кому мне обратиться.
Постепенно он открыл мне всё, все свои замыслы, и указал на всех единомышленников своих. Поверите ли, что в числе последних находятся даже многие высокопоставленные лица! Когда-нибудь я покажу вам чувствительные письма, в которых он изливает передо мной свою душу: я снял с них
копии, приложив подлинные к
делу. Ах, какие это письма, милая маменька!
На другой
день, 13 декабря, проведя все утро в
делах службы, он вернулся домой и начал записывать разговор, который имел накануне с Николаем Павловичем. Присоединив к этому, так сказать, протоколу,
копию своего письма к великому князю, он вложил оба эти документа в пакет, запечатал его и отправился к графу Коновницыну.
— Деньги —
дело наживное, — с грустью ответил он на немой вопрос Петра Елисеича. — На наш век хватит… Для кого мне копить-то их теперь? Вместе с Анфисой Егоровной наживали, а теперь мне все равно…
Его волнение
разделял только — «неизменное
копье» — бывший личный секретарь Овсянников, высохший на канцелярской работе.
— А мы
дня два перед тем воду
копили, да мужичкам по округе объявили, что за полцены молоть будем… вот и работала мельница.
В самом
деле, на противоположном берегу подвигалась рать в боевом порядке; ее
копья и бердыши сверкали в лучах восходящего солнца.
И уже заранее готовился торжествовать, показать легкость и блеск своей кисти, имевшей доселе
дело только с жесткими чертами грубых моделей, с строгими антиками и
копиями кое-каких классических мастеров.
Правда, что защитнику разрешается рассматривать документы и все относящиеся к
делу во всякое время и брать из него
копии, но все-таки такое сокрытие от обвиняемого подробностей следствия крайне неправильно и неблагоприятно для интересов обвиняемого.
В голове у меня крутилось, гудело динамо. Будда — желтое — ландыши — розовый полумесяц… Да, и вот это — и вот это еще: сегодня хотела ко мне зайти О. Показать ей это извещение — относительно I-330? Я не знаю: она не поверит (да и как, в самом
деле, поверить?), что я здесь ни при чем, что я совершенно… И знаю: будет трудный, нелепый, абсолютно нелогичный разговор… Нет, только не это. Пусть все решится механически: просто пошлю ей
копию с извещения.
И тихого ангела бог ниспослал
В подземные
копи, — в мгновенье
И говор, и грохот работ замолчал,
И замерло словно движенье,
Чужие, свои — со слезами в глазах,
Взволнованны, бледны, суровы,
Стояли кругом. На недвижных ногах
Не издали звука оковы,
И в воздухе поднятый молот застыл…
Всё тихо — ни песни, ни речи…
Казалось, что каждый здесь с нами
делилИ горечь, и счастие встречи!
Святая, святая была тишина!
Какой-то высокой печали,
Какой-то торжественной думы полна.
«Древнейшее, впрочем самое краткое, описание сих преданий находим в доношении станичного атамана яикского Федора Рукавишникова государственной Коллегии иностранных
дел, 1720 года. [Сие доношение, в
копии мною найденное в
делах архива Оренбургской пограничной комиссии, есть то самое, о котором говорит Рычков в своей Топографии; но он Рукавишникова называет Крашенинниковым. Некоторые достойные вероятия жители уральские сказывали мне, что атаман сей носил обе фамилии. Левшин. (Прим. Пушкина.)]
Та
копила эти сотни тайком от дочери, откладывая их на черный
день.
Понемногу я начал грести, так как океан изменился. Я мог определить юг. Неясно стал виден простор волн; вдали над ними тронулась светлая лавина востока, устремив яркие
копья наступающего огня, скрытого облаками. Они пронеслись мимо восходящего солнца, как паруса. Волны начали блестеть; теплый ветер боролся со свежестью; наконец утренние лучи согнали призрачный мир рассвета, и начался
день.
— Скупой! Не люблю, — отвечал старик. — Издохнет, всё останется. Для кого
копит? Два дома построил. Сад другой у брата оттягал. Ведь тоже и по бумажным
делам какая собака! Из других станиц приезжают к нему бумаги писать. Как напишет, так как раз и выйдет. В самый раз сделает. Да кому копить-то? Всего один мальчишка да девка; замуж отдаст, никого не будет.
Дела вы сдали фельдшеру и прочей сволочи, а сами сидели в тепле да в тишине,
копили деньги, книжки почитывали, услаждали себя размышлениями о разной возвышенной чепухе и (Иван Дмитрич посмотрел на красный нос доктора) выпивахом.
Этого
дня мы как праздника ждали,
Помнишь, как начал Гришуха ходить,
Целую ноченьку мы толковали,
Как его будем женить, —
Стали на свадьбу
копить понемногу…
Вот — дождались, слава Богу!
…Представилось
дело, которое я откладывать не люблю. Посылаю вам для передачи Андрею Андреевичу
копию с бумаги, по которой он может просить об казенном пособии. Третий пунктэтой бумаги укажет ему дорогу, каким образом действовать… Не следует пренебрегать этой помощию помимо Маленькой артели, которая своими путями… Я нашел эту бумагу у Фролова и сегодня же посылаю другую
копию Соловьеву.
Бобрищеву-Пушкину Ивашев скоро пошлет
копию с образа спасителя, о котором давно П. С. просил его. Она готова, но Ивашев медлен больше, нежели прежде. Скоро Бобрищев-Пушкин должен получить от Юшневских остальную сумму? Душевно рад, что Якубовича
дела поправились и что он действует не как простой потребитель.
— Ну вот, разгадывайте себе по субботам: как я украл? Это уже мое
дело, а я в последний раз вам говорю: подписывайте! На первом листе напишите вашу должность, чин, имя и фамилию, а на
копии с вашего письма сделайте скрепу и еще два словечка, которые я вам продиктую.
Как мы ни старались уйти от весны, она все-таки догнала нас на реке
Копи:
дни ненастные чередовались с
днями солнечными и теплыми.
Дня через два орочи вернулись благополучно и привезли аптеку, свежего хлеба и целый ящик с овощами. 20 сентября мы распрощались с рекой Мафаца и, пользуясь легким попутным ветром, направились к бухте Андрея, в которую впадает река
Копи.
На другой
день мы распрощались с
Копи и в сопровождении Савушки и Карпушки на большой морской лодке отправились в Императорскую Гавань.
Работайте, торгуйте,
копите деньги, добивайтесь, чтобы завести какое-нибудь
дело побольше, старайтесь открыть лавочку и тогда, когда у вас будет что-нибудь солидное, женитесь.
И
день работают, и ночь, и всё деньги
копят.
— Рано, господи!
Дела я моего не сделал!.. Деньги-то… сколько годов
копил… На церковь. В деревне своей. Нужны людям божий храмы, убежище нам… Мало накопил я… Господи! Во́рон летает, чует кус!.. Илюша, знай: деньги у меня… Не говори никому! Знай!..